Гестел Петер ван

Зима, когда я вырос

   - Он уже давно доехал до Тилбурга, да? – сказал я.

   - Надо жить дальше и двигаться вперед, твоему папе нельзя отставать от жизни, - сказала тетя Фи. – Вот дядя Фред скоро получит прибавку у себя на работе.

   - До  меня дошли такие слухи, - сказал дядя Фред, - не более того.

   - Нужно ортопедическое седло для велосипеда, - сказала тетя Фи.

   - Зачем?

   - Ты не должен об этом спрашивать, - сказала тетя Фи. – Это проблемы взрослых людей, тебе еще рано.

Гауф Вильгельм, Андерсен Ханс Кристиан

Сказки

  Приказал обоим поднести к нему шкатулочки. Он взял с подушечки маленькую корону, - что за чудо! – пока он держал ее, она в его руках становилась все больше, пока не достигла размеров настоящей короны. Он возложил корону на голову своего сына Омара, преклонившего перед ним колени, поцеловал его в лоб и повелел ему сесть по правую свою руку.

  Затем повернулся к Лабакану и сказал:

  - Есть такая старая поговорка: знай сверчок свой шесток! И тебе, видимо, надо знать свою иглу. Хотя ты и не заслужил моей милости, но за тебя просил тот, кому я сегодня ни в чем не могу отказать. Посему я дарую тебе твою жалкую жизнь, но если хочешь внять моему совету, то поспеши покинуть мою страну!

Лукьяненко Сергей

Застава 

  Старик без споров вышел из баньки. Я прикрыл дверь, хотел было задвинуть засов, но вовремя сообразил, что если у меня и впрямь получится, то пограничникам придется ломать дверь. Ладно, не будем впадать в паранойю, никто за мной не подсматривает. 

  Раздевшись, я сложил одежду на скамье. Огляделся в теплой и сырой банной полутьме. Потемневший от времени дощатый пол под ногами, толстые бревенчатые стены с проконопаченными паклей щелями, крошечная масляная лампа-коптилка и пара узких окошечек под самым потолком. Незамысловатый уют пограничной заставы в другом мире…

Андерсон Пол

Звездный торговец

  Она поколебалась.

  - Это главные писцы, - сказала она.

  - Никаких разговоров с секретарями и служащими, - сказал ван Рийн. – Будем говорить только с боссами. 

  Джей облизала губы и сказала:

  - Глава небесного народа требует немедленных переговоров.

  - Он их получит, - сказал один из Старейшин без выражения, - но вы должны оставить здесь свое оружие. 

  Ньяронго оскалил зубы.

  - Ничего не поделаешь, - напомнила ему Джей. –Ты знаешь так же хорошо, как и я, что по закону Отцов никто,  кроме Старейшин и воинов, рожденных в городе, не может пройти через эти ворота с оружием, - и ее кобура, так же, как и кобура ван Рийна, опустела.

Покровская Ольга

Булочник и Весна

  - Это вот моё! - сказал Тузин, обводя любящим взглядом комнату. - А Ирина вам своё покажет. Она, как Мороз Иванович, под периной грядки прячет! - и, улыбнувшись загадочно, сказал, что пойдёт на крыльцо греть самовар.

  - Какие такие грядки? - спросил я у хозяйки.

  - А зимние! - с охотой отозвалась Ирина.

  Проведя меня через кухню, она открыла балконную дверь. Площадь маленькой оранжереи, куда мы попали, была метров семь. Никаких «оранжей» в ней не наблюдалось, зато на широкой доске вдоль окна тесно цвели фиалки: белые, розовые и синие всех оттенков - от лазури до грозовых туч. Но главное, на полу и правда были устроены две грядки в длинных дощатых ящиках. От них пахло землёй, летним ливнем, тёплой погодой. На одной росли петрушка, лук и укроп, на другой кустики земляники и какие-то чахлые травки - ромашка, мята.

Тарковский Михаил

Тойота-Креста

  всё равно... что ли... ухабы считает. И вот чем больше пространство, тем тоньше... дым... Раньше мне казалось, что в этом моя сила, что я такой же огромный, но с годами всё трудней, ну что ли... обеспечивать это чувство... внутренне... и иногда хочется... я писал тебе... так вот лежать и чтобы ты меня... гладила по голове...

  - Хм... Послушай, - Маша взглянула пристально и чуть пришурясь, - а выходит, остальные не так одиноки? Твой брат Михалыч?

  - Мой брат Михалыч женился в двадцать лет. И у него полон дом детей и котов...

Пелевин Виктор

Смотритель

  Разница между биологическим видом «женщина» и Юкой заключалась в том, что Юку невозможно было, как выражается Библия, «познать».

  Всем ловеласам известно: с некоторого момента любая красавица перестает быть тайной и начинает надоедать. Это не значит, что в ней не остается ничего непонятного - непонятным в ней может быть вообще все. Но оно перестает быть интересным. Нас слишком изнуряет постоянная жизнь в поле чужого сознания, регистрирующего любой наш вздох и чих: кто-то объяснял мне, что именно это делает нас реальными с точки зрения духовной физики.

  С Юкой ничего подобного не происходило. Она не стремилась вызвать во мне восхищение, из-за чего я наслаждался каждой ее фразой и поступком. Она не пыталась быть загадкой - и это делало ее невыразимо, непостижимо таинственной. В ней была настоящая сила. Но она использовала ее с одной-единственной целью - сделать мою жизнь интереснее и лучше.

  Надо сказать, у нее получалось.

  Мои прежние любовницы теперь казались мне шипастыми медными куклами в музее пыток, откуда я каким-то чудом выбрался на свободу. То же, наверное, испытывали и дру-

Пелевин, Виктор Олегович (1962-)
Смотритель [Текст] : кувырок мысли : секретный мемуар см. Алексиса Второго, Далай-папы и Великого магистра с воспоминаниями, размышлениями, красотами речи и фигурами ума : [16+] / Виктор Пелевин. - Москва : Изд-во «Э», 2015 - . - (Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин).
[Кн.] 1 : Орден желтого флага. - 2015. - 349, [1] с. : ил.


Экземпляры всего: 7
Центральная библиотека им. Н.В. Гоголя (1)
Библиотека «Бестселлер» (1)
Библиотека «Кругозор» (1)
Библиотека «Мир знаний» (1)
Библиотека «Ковчег» (1)
Библиотека «Открытие» (1)
Библиотека семейного чтения «Книжная гавань» (1)